|
НАПИСАТЕЛъ
 |
|
* * * Твоя история. Моя теория. Твоя жизнь - моя плоскость. И я в ней - точка. И ты в ней. Точка.
|
 |
|
* * * Мои руки. Твои губы. Километры снов. В бездне мыслей и окурков Мы нашли любовь. |
 |
|
А был бы пес - И раны б зализал. И ждал бы у порога. Со мной бы он скучал. Ночами б просыпался От шороха шагов, Оставленных тобой; Когда гитары бой - Тревожный, но такой Проклятый и родной - Тебе б мои пространства: Дороги. Поезда. Разлук и встреч упрямство. Но я, увы, герой Не твоего романса. Франкфурт-Фюрт 09.09.09
|
 |
|
Вот еще один год за плечами Твоими. Моими. Время гонится спешно за нами Такими. Большими. Две с тобой перелетные птицы. То ли это зима, то ли лето, Нас бросает по южным и северным Пoлюсам безнадежного света. Увядают последние астры, Осень поздняя греет сердце. И я пью за тебя до услады Горько-сладкие шоколады, С ароматами полными перца. 1 ноября 05 |
 |
|
Брошу миру свои порывы, И спектакля сего игру. Расскажу о надеждах унылых, Беспремерных, бесславных, стылых - Поделом себе самому. Кто-то с дьяволом нынче вкупе, По ночам бессоннице рад. Света солнечного заступник, Где сейчас твой Бог, Kamerad? Ух я времени этого пленник Молодой. Талантлив. И свят. И песка крупицы негромко Пустоту мою поглотят. 2 января 2006 |
 |
|
Растерял себя по мелочам, Описал всю жизнь свою стихами; Проходящим мимо старый хлам раздал, А кувшин печали по кускам Вороны, как стервы, растягали.
Бумерангом память воротит, Колыхнется на груди распятье, Лютый ветер ставни отворит, И луна предательски глядит - ...вдребезги графин со счастьем.
Три истока было у меня, Где теперь мои печаль-тоска, Мое несчастье? Воронного кто видал коня, Что безумно гривою гремя, Углумлялся на полях ненастный.
Растерял себя по мелочам, Чтобы обо мне ты Не молчал.
11.Juli 2005
|
 |
|
Коридоры, кабинеты, кабинеты, День пройдет без солнечного света - Стульев строй, столы - за рядом ряд, Потолков безудержный отряд.
Безнадежно упадет песок, А за ним минута, месяц, год, И толпятся коридоры-потолки, Все смешались солнечные дни.
Пуля В воздух И в висок - Вот подходит календарный срок. И газетной утопии хлам, Проломает спину П о п о л а м.
Нет, Уж у часов песочных нет ответа На вопрос "Куда уходит лето?"
4. Juli 2005 |
 |
|
* * *
И не забыл-таки о нем, о дне рождения твоем, в году две тысячи восьмом!
Кусок тебе большой в подарок. Вилку. И салфетку.
 |
 |
|
О чем мечтает ворон, поселившийся на заброшенной железной дороге? Какие ему снятся сны в стране высоковольтных столбов? И вокруг серое, мутное, фабричное небо, под которым, кажется, уже нет ничего живого - ни движимого, ни недвижимого. Когда-то радующая глаз ядовитая зелень полей, только растеребит и растревожит сердце нахлынувшими воспоминаниями. Хотя вру. Все же еще колышится рожь, и вечерами напевает свое улю-лю. О как же она колышится бронзой своих колосьев! Только она и согревает душу надеждой о дарящей свое тепло, самой яркой из звезд. Вспомнилась мне моя бабуля. Я, будучи ребенком, любил прятаться во ржи. И моя дорогая, воинственная старушка, опомнившись, что дитя ищезло, бросалась на поиски. Охая да ахая, орала так ласково-преласково, мол, потеряешься, домой не приходи. И волосы ее, волосы цвета ржи, под палящим и обжигающим солнцем, и лицо ее, на которое годы накладывались морщинами, обвивал васильковый ветер. И как бы мне не хотелось затеряться в той пропасти, рано или поздно нужно было возвращаться домой, где иногда в подвале, под покровом ночи, гудя и пыхтя на пару с бабушкой, оживал самогонный аппарат. На небе все еще догорало солнце, и о мои нaгие коленки пеклась бабушкиных рук крапива; и пятки полнились занозами. А сейчас, небо почему-то уже не такое высокое, и краски его чересчур серые. И домой хочется. И все больше железных дорог, где под навесом провисающих своими проводами столбов негромко покрикивает потревоженное в ночи воронье. |
 |
|
Уезжал, обещал, Опоздал, не сдержал. Пролетело, прошло, Зажило, занесло. Не судить, не грустить, Не тужить, но любить. |
|
|